Пан Гридь (grid_ua) wrote,
Пан Гридь
grid_ua

Categories:

CCCXXX. "Jenny Marx. La Femme du Diable". Часть 1-ая

Постоянные читатели моего скромного журнала, должно быть, помнят небольшой разбор художественных фильмов прошлого, посвящённых Марксу и Энгельсу, который я тут опубликовал два с половиной года назад. Тогда я не включил в него рецензию на французскую картину 1993-го года выпуска "Jenny Marx. La Femme du Diable" ("Женни Маркс. Жена дьявола") по причине отсутствия доступа к ней. Сегодня ситуация изменилась: фильм удалось найти на торрентах, скачать и благополучно посмотреть. Соответственно, исправляю оплошность. Тем более, что и повод есть: 14-го марта исполнилось 135 лет со дня смерти того самого "дьявола".

Должен признаться многоуважаемой публике, что приступал я к просмотру означенной фильмы с в какой-то степени завышенными ожиданиями. Причиной тому, наверное, было то, что аккурат за три недели до этого я посмотрел наисвежайшее творение о жизни супруга госпожи Маркс от сборной европейской команды, всю глубину падения которого ниже плинтуса может превзойти действительно нетривиальный человек. Не умерило моего энтузиазма и явно маркетинговое название картины - "Жена дьявола". Кто-то наверняка ткнёт перстом в то место в эпикризе синопсисе фильма, где говорится, что-де Карла Маркса многие политические и идейные противники называли за глаза дьяволом. Но, простите, в таком случае следует этого вашего Diable писать по всем правилам языка - в кавычках. Более того, сколько я не читал о Марксе (а без похвальбы скажу - немало), нигде не встречал упоминания о таком эпитете применительно к классику марксизма.


Как бы то ни было, а фильм я посмотрел и спешу поделиться с вами впечатлениями о нём. Поскольку практика показала, что пан Гридь писать рецензии не умеет, изображу в этой заметке все плюсы и минусы означенной картины, а затем уже мы совместными усилиями подобьём сальдо.

Итак, "Jenny Marx. La Femme du Diable". Если говорить о фильме вообще, так сказать, без привлечения к его анализу оптических средств, то буквально с порога кинотеатра в глаза бросаются шесть следующих обстоятельств.

Во-первых, перед нами - костюмированная драма, и это хорошо. Период с 30-х по 80-е годы XIX столетия - это и близко не эпоха барокко: тут нет нужды создавать богатые и красивые наряды, надевать их на толпы актёров, вообще привлекать огромные массовки. Короче говоря, такое можно испортить, только имея дар особого рода. В этом смысле режиссёр фильма - полная бездарь: у него всё получилось простенько и со вкусом, особенно если учесть, что главные герои фильма - это эмигранты, живущие в состоянии, близком к нищете.

Во-вторых, данный фильм - это то, чего ранее никто из киношников не делал, т.е. фильм не о Марксе, не о Марксе и Энгельсе и даже не о зарождении коммунистической идеи. Это фильм о тяжкой бабьей доле - о женщине, которая по воле случая оказалась супругой такого известного человека, как Карл Маркс. И это несомненный плюс картины. Правда, заявив киноленту в таком качестве, режиссёр Мишель Вин и его команда ничем не смогли подкрепить свои слова. Главным героем фильма по факту оказывается Карл Маркс, а многие важные события в жизни его супруги, о которых можно и нужно было рассказать, оказались за кадром. Так, фильм начинается со сцены бала в доме Иоганна Людвига фон Вестфален, отца Женни, в 1836-ом году. Барышня 22 лет от роду пляшет с кавалерами, мило улыбается гостям и даже участвует в мужских разговорах о политике, но у неё уже есть жених - юный студентик Карл Маркс. А ведь можно было заглянуть поглубже в историю - начать с событий 1831 года, когда ещё 17-летняя Женни, будучи обручена с неким прусским лейтенантом Карлом фон Панневицем (кстати, вопрос к уважаемой публике: как можно интерпретировать прусский военный чин 1830-х годов "der Sekondeleutnant"? Второй лейтенант? Младший лейтенант? Лейтенант?), расторгла помолвку. Кто-то скажет "Копание в грязном белье!" - отнюдь: XIX-ый век - не самое лучшее время для женщины, даже если она и родилась в состоятельном и даже знатном семействе. Сперва ты вся во власти отца (хорошо, ежели он - прогрессист, как Людвиг фон Вестфален, а ежели тиран, как у всех?), затем тебя, как скаковую лошадь передают из рук в руки дражайшему супругу, причём ты сама и сбруей своей распоряжаться не можешь, потом ты стоишь изо дня в день в стойле, когда твой муженёк, аки мотылёк, порхает по полям - от цветка к цветку. Т.е. юная фройляйн Женни по факту совершает нечто, из ряда вон выходящее. Подвиг!! Шкандаль!!! И это самое нечто если и удалось замять, то исключительно благодаря положению в обществе Трира её папеньки. В общем, была у режиссёра хорошая возможность рассказать об эпохе и женщине в ней, но он её успешно провалил, сняв очередной фильм о Карле Марксе и ребятах его единомышленниках.

В-третьих, то, как снят фильм. Знаете, мне всегда было непонятно, как можно изложить биографию известного человека в жёстко ограниченных хронологических рамках. Вот, есть жизнь Женни Маркс - женщины, с одной стороны, умной и начитанной, т.е. a priori с богатым внутренним миром, который, по уму, надо бы в кинокартине отразить, а с другой стороны, на протяжении своей, не такой уж и короткой жизни (67 годков!) повидавшей массу преинтереснейших людей, каждый из которых - личность, вытесанная из цельного куска гранита (один муж чего стоит!), и пережившей огромное количество интересных событий (взять хотя бы ту же "Весну народов"), т.е. с не менее богатым внешним окружением, которое тоже грех не показать. И на это, вот, всё выделены какие-то жалкие 93 минуты экранного времени! Что можно снять при таких условиях? Правильно - слайд-шоу, и оно, в конечном итоге, у Мишеля Вина и получилось. Понять, что происходит на экране вашего телевизора, без предварительной подготовки не удастся: какой-то калейдоскоп из неизвестных лиц и известных и не очень событий. Создаётся впечатление, что если некоторые сцены поменять местами, то разницы никто и не заметит.

В-четвёртых, все (или почти все) актёры, играющие в картине, - французы и этим всё сказано, но это Бог с ним. А вот то, что режиссёр - француз, создаёт фильму немалые проблемы, ибо, как известно, дай французу возможность снять кино, он обязательно снимет какую-нибудь "Эммануэль". Собственно, это мы и видим на примере "Jenny Marx. La Femme du Diable": сперва - пока ещё незамужняя барышня Женни фон Вестфален, приехавшая в Бонн к своему жениху, чтобы отдаться ему, затем - Карл Маркс, в отсутствие супруги опрокидывающий служанку Хелену Демут на пол своей лондонской квартиры и там же (в смысле - одновременно, и в Лондоне, и на полу квартиры) сливающийся с ней, так сказать, в экстазе любви, а когда Ленхен вполне прогнозируемо забеременела, бегающий за ней по всему Лондону и молящий, чтобы она нашла уже себе любовника и объявила того отцом их с Марксом общего ребёнка, и, наконец, под занавес картины сцена на веранде дома уже изрядно обуржуазившегося эмигранта доктора Маркса, дописавшего таки свой opus magnum "Капитал" и уехавшего в Германию искать издателя, - любимые дочери под чашку английского чая с нездоровым смехом обсуждают любовные похождения своего папа, а его горячо любимая жена практически открытым текстом говорит пока ещё чужому человеку по имени Поль Лафарг, что ей, в общем-то, и неважно, в кровати с какой особой в данный конкретный момент находится её дражайший супруг, и не шибко прячась от посторонних глаз, она (госпожа Маркс, если вдруг кто-то не понял) практически вешается на шею оному Лафаргу, изображая как бы материнскую любовь (ага, я так и поверил). Друзья мои, я прекрасно понимаю, что Маркс был далеко не монахом, а мужиком из плоти и крови, но это не повод а) бездоказательно надевать на него одежды царя Соломона (а за одно с ним и евойную супружницу выставлять распоследней гулящей женщиной) и, самое главное, б) делать это, наплевав на реалии эпохи.

В-пятых, актёры, которые, как было уже сказано, французы. Но это ладно. Главное - это не их национальность, а то, что они - ну, это уже прямо традиция какая-то! - не подходят под свои роли ни по возрасту, ни, вообще, по внешности. Маркса играет человек с физиономией алкаша, у которого от перманентной пьянки рост печени дошёл до того знаменательного уровня, когда она в борьбе за Lebensraum вытеснила на окраины организма сердце и лёгкие с почками. Ничего не имею против лично Карло Брандта, сыгравшего Карла Маркса, но какой из него Мавр?! Между нами говоря, он так же похож на еврея, как пан Гридь на Махатму Ганди (дабы не было недопонимания: никак не похож)! В сцене, описывающей появление Маркса в Боннском университете летом 1841 года, некий безымянный знакомец главного героя восхищается подобием бороды на его физиономии, которое (подобие, значит) Маркс успел отрастить после окончания учёбы. Оh, mein Gott! Те немногие портреты Маркса-студиозуса, которые дошли до нас (две штуки!), - это изображения лохматого юноши с признаками бороды, а в 1840-х годах Маркс - это уже по-настоящему лохмато-бородатое существо, которое по праву заслужило прозвище Вепря:


Карл Маркс. 1840-е годы

Киновоплощение Энгельса также далеко от идеала: мало того, что 25-летнего молодого человека играет сорокалетний Жан Поль Комар, так у него в парижских и брюссельских сценах ещё и бороды нет! Вот, скажите мне на милость, вы когда-нибудь видели Энгельса с усами, но без бороды? В 20-летнем возрасте он действительно носил одни лишь усы и даже по секрету писал своей сестре Марии, что планирует к весне 1841 года преподнести сюрприз своим домашним: "... я ношу сейчас огромные усы и собираюсь отрастить себе козлиную бородку в стиле Генриха IV". Но дальше - только хардкор усы с бородой, а в зрелом возрасте (и до самой смерти) даже бородища и усища. Откуда у авторов фильма такая бурная фантазия? Это ведь то же самое, что снять в роли Махатмы Ганди двухметрового кудрявого блондина с голубыми глазами!


Фридрих Энгельс. 1840-е годы

С подбором актёров на другие роли всё тоже не слава Богу. Нам остаётся только возблагодарить Всевышнего за то, что он не оставил человечеству дагерротипа или на худой конец гравюры с портретом Генриха Маркса, свёкра главной героини, потому как то, что ходило по экрану моего телевизора в начале фильма, больше похоже на старого ребе из еврейских анекдотов с огромным шнобелем, чем на, пускай и, еврейского по крови, но немецкого по духу юриста, порвавшего все отношения с иудейской общиной. Зато к большой печали режиссёра киноленты до нас дошёл портрет Иоганна Людвига фон Вестфален, на котором изображён аккуратный мужчина лет 60 или старше, с гладко выбритым подбородком и копной тёмных с проседью волос. Как не сложно догадаться, Мишель Вин сотоварищи постарался втюхнуть (уж простите, но иное, более благозвучное, слово и подобрать сложно) зрителю под видом дорогого французского коньяка дешёвое пойло - какого-то плешивого карапуза с большой окладистой бородой! Наконец, огромной кляксой, являющейся своего рода квинтэссенцией провальной работы по подбору актёров, стал выбор детей на роли дочерей Маркса в возрасте до пяти лет. Если не ошибаюсь, они появляются всего в двух сценах, но для внимательного зрителя и этого достаточно, чтобы впасть в полнейший ступор, ибо у девочек оказываются... русые волосы! Итить-колотить!! Это у матери-брюнетки и отца, с ног до головы заросшего даже не чёрными, а иссиня-чёрными волосами!!! В общем, на фоне всего этого безобразия Мари Кристин Барро - актриса, сыгравшая главную героиню, воспринимается уже на ура. Нет, она, безусловно, стара для роли Женни фон Вестфален, но по сравнению с остальными персонажами тут всё не так уж и страшно.

Наконец, в-шестых (и это уже камень в огород не авторов фильма, а его, так сказать, локализаторов), перевод кинокартины. Он не то, что бы плох, но и далеко не идеал. Прежде всего, переводчики, переводя с французского языка на русский, упорно не желают обращать внимания на то обстоятельство, что значительная часть героев - немцы, почему у них многие исторические персонажи фигурируют с именами, данными во французской транскрипции. Например, прусский агент Вильгельм Штибер, внедрённый в окружение Маркса, появляется в фильме под именем Стибера, хотя и Вильгельма, а не Гильома. Как говорится, и на том спасибо. В сцене, когда госпожа Маркс со своей служанкой Хеленой Демут относят в лондонский ломбард столовое серебро, доставшееся Женни по наследству и принадлежавшее, по семейной легенде, графам Аргайл, внезапно выясняется, что на самом деле это серебро каких-то эпических графов д'Аржиль, хотя по-французски шотландское имя Аргайл транскрибируется, как д'Аргиль, но никак не д'Аржиль. Опять же, ошибки делают, что называется, детские: Женни Маркс приезжает под занавес фильма к дочке в Аржантёй (это предместье Парижа), на экране появляется надпись "Argenteuil", которую закадровый мужской голос бодро дублирует на русский, как "Аржантей". Помилуйте, господа, ну не надо так! Хватит с нас и Ришелье с Черчиллем!!


Заседание Франкфуртского Национального собрания в церкви Святого Павла. 1848 - 1849 годы

Впрочем, всё это - цветочки перевода, ягодки начинаются тогда, когда переводчики желают блеснуть своими историческими познаниями. Тут самая мякотка. Показывают две сцены. Одна - в особняке Вестфаленов в Трире, в 1836 году, другая - в Париже, на квартире Марксов, в 1844 году. И там, и там заходит разговор о прусском монархе - в обоих случаях герои, честно отрабатывая деньги, картавят своё "le Roi", что закадровый голос, нимало не стесняясь, передаёт, как "кайзер". Это при всём при том, что во главе Пруссии и в 1836-ом, и в 1844-ом находился король, а все известные трирцам и парижанам императоры правили либо далеко на востоке (русский царь), либо не так далеко на юго-востоке (австрийский кайзер).


Провозглашение Германской империи. Картина кисти художника Антона фон Вернера. 1885 год

Впервые же Фридриха Вильгельма IV подданные облагодетельствовали титулом императора 3-го апреля 1849 года, когда депутаты Франкфуртского Национального собрания большинством голосов приняли конституцию и возвели прусского монарха в императорское достоинство. Правда, ничего из этой затеи не вышло, ибо новоиспечённый кайзер не желал "короны из сточной канавы" и отказался и от титула, и от конституции. Следующий шанс, стать императором, получил уже его приемник - Вильгельм I, и он его не упустил: 18-го января 1871 года, после победоносного завершения франко-прусской войны, он был провозглашён кайзером в Зеркальной галерее Версальского дворца.
Tags: XIX столетие, Карл Маркс, историческое кино, история, кинематограф, рецензии
Subscribe

  • КВАРТИРНЫЙ ВОПРОС

    Квартирный вопрос всегда был ахиллесовой пятой большевиков. Впрочем, равно как и тысячи других вопросов, связанных со снабжением советских…

  • ЗАЧЕМ ЖЕ ДОБРУ ПРОПАДАТЬ?..

    О том, как они людей расстреливали, мы знаем. О том, как в свидетельствах о смерти заморенных ими голодом в концентрационных лагерях людей они…

  • О ПРИНЦИПИАЛЬНОСТИ

    Письмо канцлера и министра иностранных дел Российской империи графа Александра Романовича Воронцова русскому послу в Париже графу Аркадию Ивановичу…

promo grid_ua january 8, 2019 09:00 3
Buy for 10 tokens
Говорят, в новый год нужно входить с чем-то новым – тёплым, добрым, позитивным. Посему 2019-ый год в этом журнале я начну публикацией своего очерка, о котором уже неоднократно упоминал, – «Город и его имена». Тем более, что вряд ли читатели этого блога en mass e…
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 13 comments

  • КВАРТИРНЫЙ ВОПРОС

    Квартирный вопрос всегда был ахиллесовой пятой большевиков. Впрочем, равно как и тысячи других вопросов, связанных со снабжением советских…

  • ЗАЧЕМ ЖЕ ДОБРУ ПРОПАДАТЬ?..

    О том, как они людей расстреливали, мы знаем. О том, как в свидетельствах о смерти заморенных ими голодом в концентрационных лагерях людей они…

  • О ПРИНЦИПИАЛЬНОСТИ

    Письмо канцлера и министра иностранных дел Российской империи графа Александра Романовича Воронцова русскому послу в Париже графу Аркадию Ивановичу…