Пан Гридь (grid_ua) wrote,
Пан Гридь
grid_ua

Category:

CXXX. Русь святая, Русь колониальная: Немного о терминах

Разгребая авгиевы конюшни своего электронного архива, неожиданно наткнулся на запись старой дискуссии, прошедшей пару лет назад на одном форуме, на зело интересную тему: была ли Россия колониальной империей?

Подумал и решил выложить свои реплики здесь, слегка доработав их до удобочитаемого вида. Посему, ежели кто из уважаемых читателей знаком с этой полемикой, не удивляйтесь и читайте - наверняка найдёте что-то новое,  а если не знакомы - тем более читайте: будет что обсудить.

Итак, начнём помолясь...

Знатоки утверждают, что большая часть конфликтных ситуаций возникает между людьми на почве недопонимания друг друга. Поэтому, приступая к обсуждению какой-то темы, целесообразно определиться с терминологией. Вот и давайте займёмся этим увлекательным (без всякой иронии) занятием.

Что такое колониализм и колониальная империя?

В книгах и на просторах Всемирной паутины существует великое множество определений данных понятий и, в конечном счете, не суть важно, какое мы изберём в качестве отправной точки: в конце-то концов, можно предложить свою трактовку терминов. Главное же заключается в том, чтобы, выбрав некую формулировок, мы могли подвести её под общий знаменатель взаимопонимания.

Тем не менее, что-то нужно взять за базу для последующего примеривания его на российские исторические реалии и вынесения своего вердикта. Поэтому, отбрасывая в сторону совсем уж плоские определения вроде “колониальная империя - это государство, во главе которого стоит император и имеющее колонии” или “колониализм - это международное преступление, направленное против человечества; заключается в захвате заморских территорий с целью их грабежа и экономической эксплуатации, сопровождающемся порабощением местного населения” с акцентом именно на заморском характере колоний, остановимся на марксистском подходе, рассматривающим колониализм, как “систему господства группы промышленно развитых стран (метрополий) над остальным миром в XVI - XX веках”.

Почему именно марксистская парадигма? Во-первых, она, как мне кажется, хотя бы пытается заглянуть в суть, содержание исторических явлений, а не сосредоточивается на их форме. Во-вторых, в силу нашего исторического опыта она оставалась на протяжении длительного периода времени единственным доступным и единственно верным учением для широкой публики.

А теперь, после того, как мы выбрали начальную точку приложения наших усилий, давайте рассмотрим, насколько адекватны выдвинутые данным определением критерии для колониализма и колониальной империи.

Лично я полагаю, что это определение колониализма не плохое, а в чём-то даже некорректное. Причин тому две. Давайте рассмотрим их.

Причина № 1. Прежде всего, хотел бы отметить, что любую формулировку нужно использовать не механически, а применять, сообразуясь с обстоятельствами. Как вы, наверное, понимаете, речь идёт о включении в формулировку термина "колониализм" применительно к раннему Новому Времени категории промышленно-развитых стран и акцентирование на ней внимания. Для того, чтобы говорить о том, что колониальная империя - это, в первую голову, промышленно-развитая держава, нужно быть уверенным в том, что эта развитость являлась определяющим фактором в колониальном характере государственного развития. Так ли было на самом деле? А, вот, давайте и посмотрим.

Старейшими европейскими колониальными империями Нового Времени принято считать Португальскую (для неё всё началось ещё 14.VIII.1415 г., когда в ходе Марокканской экспедиции Энрике Мореплаватель в ходе битвы при Сеуте разбил армию Бен Салаха и захватил город) и Испанскую (возникла на рубеже XV - XVI вв.). Вот их и используем в качестве наглядного экспоната.


Португальский инфант дон Энрике в сражении при Сеуте

Целью, краеугольным камнем и в то же время наградой португальской короны в деле создания своей собственной колониальной империи было Estado da India. Как известно, началось создание этого владения с плавания Васко да Гамы. Тогда, осенью 1499 г., вернувшись из плавания, адмирал огорошил и короля, и весь двор не только рассказами о баснословных богатствах Востока (об это было известно и без него, и задолго до него), но и выводом о никчемности всех хозяйственных достижений Европы вообще и Португалии в частности.

Граф Вимпозу, задавая свой вопрос Васко да Гаме ("Какие товары интересуют индийцев?"), явно не рассчитывал получить ответ в духе: "Они хотят получить от нас золото, серебро, бархат, ярко красные ткани". По свидетельству современников, после такого ответа графу ничего другого не оставалось, как воскликнуть: "Получается, что они нас открыли, а не мы их!".


Европейские колониальные владения в Индии в XVI - XVIII ст.

Да, к великому сожалению португальцев, обыграв венецианцев в вопросе поиска альтернативных торговых маршрутов на Восток, они упёрлись в вопрос неконкурентоспособности собственной промышленности. Им удалось решить проблему, но решение лежало вне экономической плоскости: они затоваривались пряностями, играя на внутрииндийских противоречиях. И даже техническое преимущество не всегда помогало им: в качестве противовеса португальцам, в Индии активную политику проводили мусульмане.

Не углубляясь в дебри колониальной истории Португалии, замечу: отправившись на Восток, португальские мореплаватели оказались (уж и не знаю, ожидаемо или нет) в огромном развитом и самодостаточном регионе. Нормой поведения в Индии была продажа товаров за звонкую монету. Были, конечно, случаи, когда португальцам удавалось втюхнуть (да-да, именно втюхнуть, навязать) покупателю свой товар: скажем, по мирному договору с Каликутом португальцы получили право покупать перец в обмен на товары, изобильные в их королевстве. Но такие случаи не меняли общей картины: достижения европейского мануфактурного производства не были востребованы на Востоке.


Каликут, 1572 г.

Тут я отвлекусь и сделаю небольшую ремарку для того, чтобы сказать, что указанная ситуация не была нонсенсом. В целом, она типична для рассматриваемого нами периода, а также характерна для всех европейских стран на Востоке: "... крупные страны и мирохозяйственные регионы Азии и Северной Африки вплоть до середины XIX в. сохраняли полную автономность, развивались по своим внутренним законам и самостоятельно удовлетворяли свои главные потребности. Не следует также забывать, что в XVI - XVIII вв. страны Востока по-прежнему оставались поставщиками на Запад готовых изделий, по преимуществу тканей, и товаров высокой роскоши (сахар, пряности, кофе и т.п.), имея при этом положительное сальдо торгового баланса. Даже Англия, проявлявшая в международной торговле наибольшую изобретательность, 75% своего импорта из Индии в 1708 - 1760 гг. оплачивала поставками драгоценных металлов." [1].

Но это начальный этап португальского господства на Востоке, если, конечно, первые 50 - 60 лет XVI ст. вообще подпадают под категорию господства. А что же было дальше? Может быть, спросите вы, португальцы сделали рывок, и их промышленность вышла на недосягаемые высоты, обскакав по многообразию выпускаемых товаров, их качеству и цене товары индийских ремесленников? Увы, нет!

Дальше дело было так. Окинув взором раскинувшиеся окрест земли, узнав их получше, португальцы увидели, что те барыши, которые они зарабатывают, возя пряности в "старушку Европу", - жалкие гроши. Настоящие деньги делаются здесь, в бассейне Индийского океана. И уже во второй половине XVI в. ситуация в корне изменилась: теперь торговый маршрут вокруг мыса Доброй Надежды приносил португальцам лишь 20% всех их колониальных прибылей, а оставшиеся 80% приходились на долю внутриазиатской торговли, в которой португальцы заняли нишу посредников: такие себе голландцы местного значения [2].

Таким образом, пример с Португалией показывает, что само по себе то, была ли Португалия промышленно-развитым государством или нет, никоим образом не повлияло ни на процесс формирования её колониальной империи, ни тем более на то, являлась ли их империи вообще колониальной.

Перейдём теперь к примеру иного рода: к Испанскому опыту. В отличие от португальцев, испанцы имели счастье больше сталкиваться не с такими развитыми противниками, как султанаты Малабарского берега. Майя, инки, ацтеки, индейцы аргентинских пампасов или бассейна Амазонки были слабо развиты, и поэтому не стоило и надеяться получить в Новом Свете какие-то изысканные ткани или редкие плоды, во всяком случае, на раннем этапе колонизации континента. Испанцы, как известно, шли в Новый Свет за плодами иного рода - за драгоценными металлами - и преуспели в этом деле.


Правда, и тут их мануфактурное производство не сыграло никакой роли: какого-либо подобия равноценной торговли здесь не было (в первобытном обществе при совместной собственности на землю и орудия труда и отсутствии, как следствие, имущественного расслоения говорить о торговле вообще не приходится - ни равноценной, ни неравноценной), а свои победы конкистадоры одерживали главным образом за счёт успешной игры на противоречиях между самими аборигенами, а если и брались за шпаги толедской стали, то, как свидетельствуют последние исследования (ну, может они и не последние, но я об их результатах узнал недавно, потому для меня они последние), зачастую колонисты сами делали эти шпаги на землях Американского континента.

Причина № 2. Традиционно российское общественное мнение решительно отметает любые попытки поставить Россию в ряд колониальных держав (во всяком случае, до XIX ст., точнее - до реформ Александра II) на том основании, что оная держава была-де феодальным государством.

Я, слава Богу, нахожусь в трезвом уме и твёрдой памяти, потому спорить с тем, что в XVII - XVIII ст. в стране господствовал, выражаясь языком марксистов, феодальный способ производства, не буду (хотя сомнения в отсутствии в XVI в. зародыша капиталистических отношений в Московии есть). Но возразить - возражу. А конкретнее - возражу по поводу целесообразности вообще рассматривать вопросы общественно-экономических формаций применительно к той или иной стране в данном обсуждении.

Коль скоро в качестве одного из признаков колониальной державы называется высокий уровень развития в ней промышленного производства, будем последовательны до конца и зададим себе вопрос: а была ли в рассматриваемый период Россия такой страной?

Первые мануфактуры появились в России (точнее тогда эта страна называлась ещё то ли Великое княжество Московское, то ли Московское (Русское) царство) в XVI в. Да, было их мало. В XVII ст., при Алексее Михайловиче, их стало больше. А в веке XVIII-ом, уже при Петре Алексеевиче, их количество выросло в разы. Причём мануфактурное производство охватило практически все сферы промышленности: по марксистской формулировке как группу А, так и группу Б. Если мне не изменяет память, то уже к концу царствования Петра I удалось достигнуть в ряде отраслей полного или близкого к оному обеспечения собственных потребностей своими же силами. При этом же монархе страна начинает экспорт новой для себя товарной статьи, которая, кстати говоря, до этого была важнейшей импортной статьёй (скажу больше - стратегически важный товар, по которому России ещё при Иване Великом чуть что пытались перекрывать кислород), - железа.

И вот, исходя из сказанного мною, хочу спросить: в условиях отсутствия в России XVIII ст. полноценных институтов рыночного хозяйства, как то: рынок труда, рынок капитала и т.д., что мешает считать её промышленно-развитой страной? Моё мнение: ничего не мешает, поелику она таковой и была.

Несколько слов относительно торгового капитализма "на Западе" и феодализма в Московии в XVI в.: "... Д.П. Маковский, между прочим, ссылается и на свидетельства иностранцев, побывавших в тогдашней России. Они еще в XV - XVI вв. отмечали здесь наличие таких же крупных городов, как Париж, Рим и Флоренция на Западе, а Москва, по Ченслеру, была даже много больше Лондона. Вместе с тем еще в начале XVI в. Альберт Кампензе писал Римскому папе, что "Московия весьма богата монетою... ибо ежегодно привозится туда со всех концов Европы множество денег за товары, не имеющие для московитян почти никакой ценности, но стоящие весьма дорого в наших краях". Очевидно, большие города России уже широко торговали не только внутри страны, где, по сообщению Ченслера, в зимнее время обозы шли в Москву из отдаленных мест, отстоящих на 1.000 миль, но и за ее рубежами. Масштабы этой торговли были очень велики. Например, смоленские купцы закупали огромные партии хлеба на суммы 841, 2.250, 2.968 руб. При ценах начала XVI в. на рожь не свыше 1 коп. за пуд за 1.000 руб. можно было купить 100 тыс. пудов хлеба в зерне.

Крупно торговали в Москве и с заграницей. Только царский двор покупал у иностранцев товаров на многие десятки и сотни тысяч флоринов. Этот двор покупал и продавал самые разнообразные товары, даже солому и мякину. Особой страстью к стяжательству и накоплению, по свидетельству иноземцев, отличался сам царь Иван IV, прозванный Грозным. Этот царь "был самым главным богатым, энергичным и предприимчивым купцом и промышленником". Но к середине XVI в. известны уже и сотни других гостей и купцов, владевших, по оценке Д.П. Маковского, "крупными капиталами". Они сбывали свои товары за границу не только на наличные, но и в кредит. В частности, московские купцы "суконного ряда" Савва Емельянов, Важен Иванов и Тараканов кредитовали английскую компанию на 3.555 руб. (свыше 300 тыс. руб. золотом), а смоленскому купцу Афанасию Юдину английские купцы Уильям Фомик и Антон Марш задолжали к 1589 г. еще большую по тому времени сумму, в 6.200 руб. (свыше 450 тыс. руб. золотом по ценам конца XIX в.). Торговала Москва не только с Западом. В 1534 и 1563 гг. в Москву наезжало с огромными табунами лошадей свыше тысячи восточных купцов, в 1570 г. в Москву с польскими послами приехало 645 литовско-польских купцов. Не менее широко развертывалась и внутренняя торговля..."
[3].

И ведь всё это - капиталы, нажитые не за счёт монетизации феодальной ренты, как кому-то на форуме хочется это видеть, отнюдь! "... Из анализа писцовых книг XV - XVI вв. видно, что еще в 1478 - 1480 гг. по "старому письму" на Руси явно преобладала натуральная форма феодальной ренты: оброк продуктами или долей урожая по Деревской пятине составлял 60% случаев; смешанный, натурой и деньгами, - 30% и чисто денежный - только 10%. И ни одного случая барщины или отработочной ренты в полеводстве не знает ни "старое", ни "новое письмо" к 1500 г. в этой пятине. Размер полевых барских запашек был невелик, в среднем по 3,2 обжи на каждого, а в общем итоге на всех не более 9% всей "живущей" пашни, и обычно обрабатывали их помещики "своими людьми", т. е. холопами (до 71%) или "сами пахали" (не менее 10%), а остальные земли обрабатывались либо "своеземцами" безоброчно, либо крестьянами за оброк, деньгами или натурою. Но с приливом денег и ростом цен все большее число крестьянских платежей переводилось на деньги и возрастало, опережая самый высокий рост цен. И если цены на скот и хлеб в зерне поднялись к 1570-м годам с начала века от 2 до 4 раз, то государственные налоги возросли с 28 до 150 руб. за соху в 800 четей, т. е. в 5 с лишним раз, а денежная рента феодалов - с 2 гривен до 2 руб. с обжи в 10 четей, или в 10 раз!

К этому надо добавить, что натуральные повинности все шире замещались при этом денежной рентой. И уже в начале 50-х годов XVI в. почти все натуральные повинности были переведены на деньги. В результате этого процесса все большее число крестьян вынуждено было в уплату возраставших денежных платежей продавать скупщикам все большую долю своей продукции. Одновременно росли и товарность сельского хозяйства и... разорение мелкого крестьянства..."
[4].

Одним из важнейших признаков капитализма является наличие рынка труда и рынка капитала. И если организация кредита в традиционной форме, в виде банков, появилась в России достаточно поздно - в XVIII-ом столетии, то ещё в XV - XVI ст. в стране весьма процветало ростовщичество в "особо крупных размерах".

Ярким примером наличия в Московии рассматриваемого периода огромных свободных капиталов является ссужение промышленниками Строгановыми центральному правительству в первой половине XVII ст. баснословной по своей величине суммы в 841.762 рубля [5]! При этом, по свидетельству Дж. Флетчера, царский доход деньгами в конце XVI ст. исчислялся в 1.430.000 руб., "... не включая сюда расходов на содержание дворца и постоянное жалованье войску, которые удовлетворяются другими способами"!

Впрочем, крупнейшими ростовщиками были отнюдь не гости, а церковь: по свидетельству посещавших Московию иностранцев, в середине XVI в. церковь была одним из крупнейших землевладельцев России, обладая не менее, чем 1/3 всех земель! При таких ресурсах и доминировании денежной ренты у церковных иерархов волей-неволей образовывались свободные капиталы, которые пускались в рост, причём зачастую это делалось под меньший, чем у конкурентов, процент [6].

Другой элемент капиталистической системы - рынок труда - также присутствовал в России рассматриваемого периода. Так, С.Г. Струмилин проводит интересную реконструкцию численности свободных работников, занятых на строительстве Смоленской крепости в царствование Фёдора Ивановича: "... Д.П. Маковский отмечает довольно широкое использование наемного труда на Руси уже в XVI в. Применялся он и в монастырях и даже в крестьянских хозяйствах, на речном транспорте и в строительстве, у купцов и ремесленников, на соляных варницах и других промыслах. В особенности значительное количество наемного труда поглотило в XVI в. крупное церковное и монастырское строительство, а также сооружение больших крепостей. В одном лишь Смоленске на постройке крепостной стены "было занято около 10 тыс. человек". И царский указ повелевал "те все дела делати наймом, а наймовати на те на все дела охочих людей и уговариваться с ними, а наем им давать из государевы царевы великого князя Федора Ивановича всея Руси казны, смотря по делу, отчего что пригоже". Но для той же Смоленской крепости требовалось еще по смете заготовить 32 тыс. куб. сажен бутового камня, 620 тыс. больших белых облицованных камней, 1 млн. возов песку, 320 тыс. свай, 150 тыс. бревен, 500 тыс. досок, 150 млн. штук кирпича, 320 тыс. пудов извести, 320 тыс. пудов полосового железа, 150 тыс. пудов прутового железа, свыше 1 млн. крупных гвоздей. На заготовку этих материалов требовалось еще больше труда.

Возможность получить на одну лишь стройку до 500 тыс. пудов раскованного железа свидетельствует к тому же о весьма широком развитии мелкотоварного производства железа уже к концу XVI в. Дело в том, что по нормам кустарной металлургии на каждый пуд железа расходовалось не менее 9 - 10 человеко-дней труда. А стало быть, на 500 тыс. пудов железа требовалось до 5 млн. человеко-дней, или до 20 тыс. годовых работников. На заготовку кирпича, считая по 10 тыс. штук в лето на работника, нужно еще добавить до 15 тыс. рабочих, на заготовку свай, бревен и досок по нормам XVI - XVII вв. - около 3 тыс. рабочих, да лишь на доставку к месту работы всех этих материалов - свыше 5 млн. возов - потребно было не менее 20 тыс. годовых возчиков. Всего, стало быть, на постройку одной только Смоленской крепости нужно было нанять до 68 тыс. пеших и конных работников. А ведь в XVI в. было построено до 30 крепостей, в том числе в Москве - Кремль и Китай-город, в Архангельске, Казани, Самаре, Саратове, Царицыне, Астрахани, Туле, Воронеже, Курске, Белгороде и других городах. И строились в стране не только десятки церквей и крепостей, но и целые сотни новых больших и малых городов..."
[7].

Итак, я надеюсь, этот краткий разбор формулировки термина "колониализм", в его марксистской интерпретации, показал, что механическое использование определений тех или иных исторических процессов без учёта реалий конкретной эпохи ведёт не к поиску ответа на вопрос, а лишь запутывает нас.

Поэтому я предлагаю, не мудрствуя лукаво, оперировать тремя основными признаками колониального характера государства - политическая несамостоятельность колоний, экономическая эксплуатация их богатств метрополией и культурная обособленность колонизаторов от аборигенов.

П Р И М Е Ч А Н И Я:

[1] Иванов Н.А. Упадок Востока и переход мировой гегемонии к странам Западной Европы.

[2] В этом смысле я бы вообще рассматривал португальскую торговлю в бассейне Индийского океана в текущий период, как некий прототип голландского ноу-хау XVII-го столетия - треугольной торговки.

[3] Струмилин С.Г. О зачатках капитализма в России XVI - XVII вв. / Очерки экономической истории России и СССР. - М.: "Наука", 1966. - с. 146.

[4] Там же, с. 146 - 147.

[5] Справедливости ради нужно отметить, что только часть (хотя и значительная) указанной суммы выдавалась правительству в монете. Остальное же - меха, драгоценные металлы и камни и прочие товары.

[6] Никольский Н.М. История русской церкви. - М.: "Политиздат", 1985. - с. 119 - 120.

[7] Струмилин С.Г. О зачатках капитализма в России XVI - XVII вв. / Очерки экономической истории России и СССР. - М.: "Наука", 1966. - с. 153 - 154.
Tags: XVI столетие, XVII столетие, Испанская империя, Московское царство, Португальская империя, Российская империя, история, колониализм, международные сравнения, экономика
Subscribe

  • ОДНАЖДЫ В АМЕРИКЕ

    … Они были в чёрных пальто, в чёрных шляпах, низко надвинутых на глаза, – после не опознать. Но они не рассчитали: реакция у дона…

  • ТЕАТР ОДНОГО АКТЁРА

    Я люблю рассматривать фотографии Бенито Муссолини. На них, конечно, предстаёт довольно смешной и, порой кажется, недалёкий персонаж, надувающийся…

  • СВЯТОЙ ГИТЛЕР

    Эти строки из дневника русского военного министра начала XX века Алексея Николаевича Куропаткина напомнили мне канцлера одной…

promo grid_ua january 8, 2019 09:00 3
Buy for 10 tokens
Говорят, в новый год нужно входить с чем-то новым – тёплым, добрым, позитивным. Посему 2019-ый год в этом журнале я начну публикацией своего очерка, о котором уже неоднократно упоминал, – «Город и его имена». Тем более, что вряд ли читатели этого блога en mass e…
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 8 comments