Пан Гридь (grid_ua) wrote,
Пан Гридь
grid_ua

Categories:

CXIX. Рубикон: "In God We Trust" (с)

Другое знаковое событие 1943-го года - это нормализация отношений между светской властью и церковью.

Любопытствующий читатель, открыв 5.IX.1943 г. свежий выпуск "Известий", прочитал бы сообщение ТАСС следующего содержания: "4 сентября у Председателя Совета Народных Комиссаров СССР товарища И.В. Сталина состоялся приём, во время которого имела место беседа с Патриаршим Местоблюстителем Митрополитом Сергием, Ленинградским Митрополитом Алексием и Экзархом Украины Киевским и Галицким Митрополитом Николаем. Во время беседы Митрополит Сергий довёл до сведения Председателя Совнаркома, что в руководящих кругах Православной Церкви имеется намерение в ближайшее время созвать Собор епископов для избрания Патриарха Московского и всея Руси и образования при Патриархе Священного Синода. Глава правительства товарищ И.В. Сталин сочувственно отнёсся к этим предположениям и заявил, что со стороны правительства не будет к этому препятствий. При беседе присутствовал Заместитель Председателя Совнаркома СССР тов. В.М. Молотов." [1].

Откровенно говоря, автор заметки лукавил. Из неё выходило, что иерархи Русской Православной Церкви имели собственные планы, о которых они просто проинформировали главу государства. В действительности же всё было не так. Совсем не так.

Прежде всего, нужно помнить, что до 1943-го года большевики вели против Русской Православной Церкви настоящую войну [2]. Начатая декретами 1917 - 1918 гг., она была усугублена актами изъятия церковных ценностей и сопровождалась массовыми репрессиями против церковнослужителей и тотальным закрытием храмов. Причём в этой борьбе большевики активно использовали старый, как мир, принцип "divide et impera": поддерживали поочерёдно раскольнические организации - сперва обновленческий, а затем григорианский расколы. Наконец, после смерти в 1925 году патриарха Тихона, власти не позволили провести избрание нового главы русского православия.

диаграмма

Такой прессинг, кроме сокращения численности православного клира, имел и другое следствие - находясь фактически вне закона, иерархи Русской Православной Церкви вынуждены были демонстрировать полную лояльность советской власти [4]. А с открытием германскими войсками военных действий против Советского Союза они развернули широкую патриотическую деятельность - от патриотических обращений к пастве, моральной поддержки центральному правительству [5] до сбора среди прихожан денежных средств для строительства боевой техники [6].

Насущные политические нужды потребовали от И.В. Сталина изменить отношение к церкви. Менялось оно не сразу.

Летом 1941-го года прекратился выход печатных изданий антирелигиозной направленности: почти единовременно закрылись журналы "Антирелигиозник" и "Безбожник", а также одноимённая газета. Интересно, что уже в ближайшее время в "Известиях" вышла знаменитая статья бывшего главного редактора "Антирелигиозника" и действующего главы "Союза воинствующих безбожников" Е.М. Ярославского "Почему религиозные люди против Гитлера", опубликованная, правда, под псевдонимом "Каций Адамиани" [7, 8]. Дальше - больше: уже в 1942 г. Е.М. Ярославский собирает материалы к новой статье, освещающей возврат политической элиты Третьего Райха к язычеству и косвенным образом поднимающей авторитет церкви и традиционных ценностей.

карикатура

И.В. Сталин и "советский поп" Ярославский

Наконец, 2.XI.1942 г. один из иерархов, митрополит Крутицкий и Коломенский Николай, указом Президиума Верховного Совета СССР назначается членом Чрезвычайной государственной комиссии по установлению и расследованию злодеяний немецко-фашистских захватчиков и их сообщников. А, по слухам, 24-го августа 1943 г. в едва освобождённом от немцев Харькове проходит торжественный молебен в честь этого события!

Как бы то ни было, центральное событие произошло позже: 4.IX.1943 г. на дачу И.В. Сталина был вызван начальник Пятого отдела Второго управления НКГБ СССР полковник госбезопасности Г.Г. Карпов. В ходе последовавшей затем беседы, которая больше походила на экспресс-опрос, полковник давал краткие характеристики митрополитам Сергию, Алексию и Николаю, освещал подробности церковной структуры и организации, взаимодействия между иерархами православных церквей, высказал по просьбе вождя своё мнение о необходимости создания специального органа, который бы осуществлял связь между Совнаркомом и руководством церкви, а также ответил на ряд вопросов по собственной персоне [9].

После этого по поручению И.В. Сталина Г.Г. Карпов связался с митрополитами Сергием, Алексием и Николаем, которые накануне вернулись в Москву из ссылки (31.VIII.1943 г.), высказал желание правительства принять их дабы выслушать нужды и пожелание и пригласил их прибыть в Кремль. В тот же вечер состоялась эта историческая встреча. Она носила столь необычный характер, что стоит того, чтобы быть вкратце описанной.

На встрече присутствовали шесть человек (не считая технического персонала, коий при необходимости доставлял различные документы и справки): со стороны СНК - И.В. Сталин, В.М. Молотов и Г.Г. Карпов, со стороны Русской Православной Церкви - митрополиты Сергий, Алексий и Николай. В самом начале приёма Сталин взял быка за рога, предложив иерархам высказаться о нуждах церкви и о той помощи, которую может им оказать правительство.

Как оказалось, вопросов у митрополитов было два - избрание Патриарха и Синода.

В дальнейшей беседе очень чётко прослеживается заинтересованность И.В. Сталина в решении этих вопросов: одобрив идею церковных иерархов, вождь интересуется а) чем он может помочь в организации избрания главы церкви и б) возможностью ускорения этого избрания.

В конечном итоге, стороны приходят к следующему соглашению:

1) вместо озвученного срока, необходимого для организации Архиерейского Собора с целью избрания Патриарха (месяц), иерархи "берут на себя повышенные социалистические обязательства" (с) собрать его в Москве к 8-му сентября (!), причём для скорейшей доставки епископов в Первопрестольную в помощь Русской Православной Церкви выделяется авиация;

2) митрополиты получили разрешение И.В. Сталина на открытие богословских курсов, дабы разрешить остро стоящий кадровый вопрос. Здесь нужно отметить особую настойчивость проявленную вождём в навязывании церковным иерархам идеи создания вместо курсов духовной академии и семинарий. Убедить Сталина отказаться от этой затеи удалось, лишь пояснив, что церковь пока слишком слаба, у неё мало сил и отсутствует соответствующая подготовка;

3) вождь согласился с необходимостью издания журнала Московской Патриархии;

4) митрополиты заручились заверением И.В. Сталина в том, что никаких препятствий со стороны правительства в деле открытия церквей на местах не будет;

5) председатель СНК пообещал рассмотреть вопрос освобождения некоторых архиереев из ссылки, лагерей и тюрем, а также снятия ограничений для церковнослужителей, связанных с паспортным режимом.

Кроме решения этих ключевых в политическом и идеологическом смысле вопросов, церковь получала определённую финансовую независимость от светских властей (ей возвращалось право на самостоятельное распоряжение церковной кассой), а также право на создание церковных производств (прежде всего, свечных заводов).

Наконец, с подачи И.В. Сталина разрешались бытовые проблемы будущей Патриархии: ей выделялся особняк бывшего германского посольства в Чистом переулке, передавался в её распоряжение автотранспорт с топливом, а также она обеспечивалась продуктами по государственным ценам.

Финальным аккордом встречи было принятие решения о создании Совета по делам Русской Православной Церкви при Совнаркоме с назначением его председателем Г.Г. Карпова.

Карпов Г.Г.

Полковник госбезопасности Г.Г. Карпов

Как принято писать в газетах, встреча прошла в тёплой дружеской обстановке: согласно докладной записке Г.Г. Карпова, И.В. Сталин проводил иерархов до дверей своего кабинета, а по воспоминаниям митрополита Николая в конце беседы советский лидер, взяв митрополита Сергия под руку, осторожно свёл его по лестнице вниз, сказав ему на прощание: "Владыко! Это всё, что я могу в настоящее время для Вас сделать".

Спустя четыре дня после этого приёма, состоялся Архиерейский Собор, который избрал Патриархом Русской Православной Церкви Патриаршего Местоблюстителя Митрополита Сергия.

Собор

Участники Архиерейского Собора 8.IX.1943 г.

Почему же курс (анти)церковной политики советской власти был развёрнут на 180 градусов и сделано это было именно в начале осени 1943 года?

Порой встречается мнение, что сделано это было с оглядкой на союзников по Антигитлеровской коалиции, доказательством чему, вроде бы, служит вопрос, заданный В.М. Молотовым будущему Патриарху на той памятной встрече-капитуляции: "Когда лучше принять делегацию Англиканской церкви, желающую приехать в Москву, во главе с архиепископом Йоркским?" Впрочем, лично мне кажется, что такое объяснение изменения советской церковной политики слишком поверхностно, а истинные причины следует искать в иных сферах.

Причин этих, очевидно, было две, и обе они по странному стечению обстоятельств, как лучи солнца, фокусируются линзой на одном и том же периоде: 10 - 12.VII.1943 г.

12-го июля 1943 г. перешли в контрнаступление войска Брянского и Западного фронтов генерал-полковников М.М. Попова и В.Д. Соколовского. 15-го июля в контрнаступление включился Центральный фронт генерала армии К.К. Рокоссовского. А 3-го августа на белгород-харьковском направлении развернули операцию "Полководец Румянцев" войска Воронежского, Степного и части сил Юго-Западного фронтов генералы армии Н.Ф. Ватутина, И.С. Конева и Р.Я. Малиновский. Эти операции, как сошедшая с горных вершин снежная лавина, открыли грандиозную по замыслу и масштабам серию наступательных операций Красной Армии на всём протяжении советско-германского фронта, которая продолжалась до начала ноября 1943 г. Смоленская, Донбасская, операция по освобождению Левобережной Украины, Чернигово-Припятская, Брянская, Новороссийско-Таманская, Мелитопольская и Керченско-Эльтигенская десантная операции положили начало освобождению советских территорий, находившихся около двух лет под германской оккупацией.

карта

Стратегическое наступление Советской Армии летом и осенью 1943 г.

И вот тут советское руководство столкнулось с неожиданной проблемой: оставляя противнику в 1941 году непокорённые, но всё-таки очищенные от церковного влияния земли, Красная Армия вернулась в край, буквально усеянный церквями и монастырями. В условиях благосклонного внимания и поддержке оккупационных властей на первых порах и минимальному их сопротивлению позже, за неполные два года дебольшивизации на территории оккупированных областей РСФСР открылось 2.150 церквей и 6 - 7 монастырей, в БССР появилось свыше 1.000 храмов (из них 20 - 25% - в зданиях, которые до того никогда не были церквами) и 6 монастырей, в УССР - не менее 5.400 православных храмов, а на территориях, занятых Румынией (Транснистрия, Бессарабия и Северная Буковина), было восстановлено около 2.000 церквей [10]!

На фоне 3,7 тыс. церквей, имевшихся в Советском Союзе к началу Великой Отечественной войны, свыше 10,5 тыс. восстановленных за годы оккупации храмов должны были заставить И.В. Сталина о многом задуматься. И думы его становились бы горше от понимания того, что предвоенная антицерковная кампания, закончившаяся внешним оглушительным успехом, была вдрызг проиграна. Всесоюзная перепись населения 1937 г., проведённая сразу после "первой безбожной пятилетки", открыла неутешительную для советского руководства картину: из 97,5 млн. человек, ответивших на вопрос о своём отношении к религии, более 55 млн. (57,7%) указали на свою веру в Бога [11]. Было ясно, что в освобождаемые районы Советского Союза нужно идти с чем-то большим, нежели воинствующий атеизм.

Почти одновременно с тем, как под залпы артиллерийских орудий советские войска начали операцию "Кутузов", на другом конце Европы произошло событие, которое также оказало непосредственное влияние на положение Русской Православной Церкви в СССР: в ночь на 10 июля выброска 505-го парашютного полка славной в будущем 82-ой воздушно-десантной дивизии армии США положила начало операции "Хаски", а с нею и освобождения союзниками Италии.

Строго говоря, о том, что Второму фронту в 1943-ем году в Европе быть, но совсем не там, где ждали его Советы, стало ясно задолго до высадки на Сицилии. 14 - 24.I.1943 г. в ходе прошедшей в Касабланке конференции британцы и американцы приняли решение по завершению боёв в Северной Африке перенести своё наступление на континент на южном фланге Европы, а не на северном. С военной точки зрения это, пожалуй, было верно.

Во-первых, в отличие от Северной Франции, Итальянский ТВД изолирован от остальной Европы Альпами, что осложняло для противника переброску на фронт резервов. Объединённое командование могло без опаски использовать имевшиеся ограниченные силы, не опасаясь в скором времени оказаться в меньшинстве.

Во-вторых, Апеннинский полуостров имеет протяжённую береговую линию, позволяющую подключать для обеспечения союзных войск на театре флот.

Наконец, в-третьих, перетянув на свою сторону Италию и освободив её территорию от германских войск, союзники открывали Средиземное море для судоходства, значительно упрощая жизнь Великобритании.

Впрочем, военная целесообразность выбора объединённым командованием южного варианта летней кампании 1943-го года вряд ли обрадовала И.В. Сталина уже в силу того, что союзники (очевидно, с подачи У. Черчилля) замахивались на традиционно русскую (ещё ту, имперскую, "до эпохи исторического материализма" (с)) сферу интересов - Балканы: "... Когда это будет сделано [очищен от войск стран Оси Тунис. - пан Гридь], мы намерены в июле или раньше, если окажется возможным, захватить Сицилию с целью очистить Средиземное море, способствовать краху Италии с вытекающими отсюда последствиями в отношении Греции и Югославии и измотать германские военно-воздушные силы. За этим непосредственно должна последовать операция в восточной части Средиземного моря, вероятно против Додеканезских островов..." [12].

православие в мире

Распространение Православия в мире

Именно в контексте решений, принятых на Касабланкской конференции, Русская Православная Церковь становилась востребованной для советской власти и востребованной с неожиданной стороны - как проводник советской внешней политики на Балканском полуострове.

П Р И М Е Ч А Н И Я:

[1] "Известия". № 210 от 05.IX.1943 г.

[2] Традиционно принято выделять пять волн репрессий, направленных на клириков и прихожан: "Первая волна репрессий (1918 - 1919 годы): 20.I.18 - декрет советской власти об отделении Церкви от государства, по которому изъяты все капиталы, земли, здания (включая и храмы). 07.II.18 - расстрел священномученика Владимира, митрополита Киевского. 16.VII.18 - расстрел императора Николая II (который был главой Русской Церкви) и царской семьи. 14.II.19 - постановление Наркомата юстиции о вскрытии мощей (что вызвало массовые глумления над святыми останками в 1919 году и в последующие годы). Только в 1918 году расстреляно более 16.000 священников.

Вторая волна репрессий (1922 - 1925 годы): 23.II.22 - декрет ВЦИК об изъятии церковных ценностей. 19.III.22 - секретное письмо Ленина ("Чем большее число духовенства мы расстреляем, тем лучше") и указание Троцкому тайно возглавить гонение. 09.V.22 - арест патриарха Тихона. Июнь 1922 года - "суд" над священномучеником Вениамином, митрополитом Петроградским, и расстрел его 13.VIII.22. Из арестованных около 10.000 человек расстреляно около 2.000 (каждый пятый, в 1918 году расстреляны восемь из девяти арестованных). 10.XII.25 - арест священномученика Петра, патриаршего местоблюстителя.

Третья волна гонений (1929 - 1931 годы): начало 1929 года - письмо Кагановича "Церковь единственная легальная контрреволюционная сила". 08.III.29 - декрет советской власти об отделении Церкви от государства - изъяты все капиталы, земли, здания (включая и храмы). 05.XII.31 - расстрел священномученика Владимира, митрополита Киевского. Третья волна гонений в пять раз сильнее, чем в 1922 году. За 1929 - 1936 годы арестовано и осуждено около 50.000 православных, 5.000 из них были казнены.

Четвёртая волна репрессий (1932 - 1936 годы): в "безбожную пятилетку" поставлена задача разрушить все храмы и уничтожить всех верующих. Несмотря на гонения, сравнимые по силе с 1922 годом, провал "безбожной пятилетки" – в переписи населения 1937 года православными верующими назвали себя 1/3 городского населения и 2/3 сельского, то есть более половины населения СССР.

Пятая волна репрессий (1937 - 1938 годы): 05.III.37 - завершение работы Пленума ЦК ВКП(б), санкционировавшего массовый террор. 10.X.37 - расстрел после восьмилетнего пребывания в одиночной камере патриаршего местоблюстителя священномученика Петра. В 1937 году председатель Союза воинствующих безбожников Емельян Ярославский заявил, что "в стране с монастырями покончено". Четвёртая и пятая волны гонений в двадцать раз превышают гонения 1922 года (в пять раз больше 1930 года). В 1937 - 1938 годах расстрелян каждый второй из арестованных: 200.000 репрессированных и 100.000 казнённых. К 1939 году закрыты все (их было в 1917 году более 1.000) монастыри и более 60.000 храмов, служба совершалась только в 100 храмах.

1939 - 1940 годы - 1.100 казней в год. 1941 - 1942 годы - 2800 казней. 1943 - 1946 годы - число репрессий резко сокращается. 1947, 1949 - 1950 годы - по докладу Абакумова, "с 01.I.47 по 01.VI.48 арестовано за активную подрывную деятельность 679 православных священников"..."
[Аксючиц В. Русская православная церковь и богоборчество ХХ века].

[3] Составлено по: Шкаровский М.В. Русская Православная Церковь в XX веке. - М., 2010. - с. 429 - 431. Количество православных церквей за 1941 г. (3.732 ед.) указано с учётом числа храмов на присоединённых в 1939 - 1940 гг. к СССР территориях (более 3 тыс. ед.!).

[4] Даже будучи фактически отправленным Постановлением Мосгорсовета от 7.X.1941 г. в ссылку в г. Чкалов (сегодня - г. Оренбург) митрополит Сергий для всего православного клира вынужден это действо определять как собственное решение, вызванное заботой о благе церкви, но не решением светских властей: "В переживаемое нами тревожное время не только простое благоразумие, но и прямой долг служебный повелевает нам насколько возможно дольше уберечь наше центральное церковное управление от всяких случайностей войны и тем оградить Русскую Православную Церковь от опасности сделаться лёгкой добычей всяких волков в овечьей коже, которые не преминут воспользоваться случаем, чтобы “отторгати ученики во след себе” (Деян. 20.30). В этих видах я полагал бы временно перенести местопребывание Московской Патриархии из Москвы в г. Чкалов..." [Галкин А.К. Указы и определения Московской Патриархии об архиереях с начала Великой Отечественной войны до Собора 1943 года. - с. 75 - 76].

[5] Летом 1942 г. из печати тиражом в 50 тыс. экземпляров выходит роскошно изданная Московской Патриархией книга "Правда о религии в России", в которой церковь громогласно заявляет о немецких военных преступлениях в Советском Союзе, попутно оболгав саму себя. Примечательно, что эта книга печаталась в типографии бывшего Государственного издательства антирелигиозной литературы!

[6] Так, церковнослужителями ленинградских храмов удалось организовать сбор с верующих денежных средств и ценностей, общая сумма которых к концу мая 1943 г. составила без малого 5,5 млн. руб. для строительства танковой колонны "Дмитрий Донской" и на прочие военные нужды.

[7] Весьма примечательным является тот факт, что, когда через три месяца после встречи с церковными иерархами в Кремле Е.М. Ярославский скончался, в некрологах, присланных от ЦК ВКП(б), СНК СССР, Президиумов Верховного Совета СССР и РСФСР, ЦК ВЛКСМ, Института Маркса - Энгельса - Ленина, Академии наук СССР и других организаций, ни слова не говорилось об антирелигиозной деятельности покойного!

[8] Интересно, что ещё несколько месяцев назад официальная пропаганда вбивала в головы обывателей простое утверждение: патриотизм чужд церкви. В статье А. Евстратова "Патриотизм и религия", опубликованной в одном из последних номеров журнала "Безбожник", автор вполне определённо заявлял: "В эпоху капитализма деятельность Церкви усложняется и её антинародный характер особенно ярко проявляется в вопросе о патриотизме. Религия является злейшим врагом советского патриотизма..." [Цит. по: Фирсов С.Л. "Власть и огонь". Церковь и советское государство: 1918 - начало 1940-х гг. - М.: Православный Свято-Тихоновский гуманитарный университет, 2014. - с. 214].

[9] Зная сталинскую привычку перед принятием решения по той или иной проблеме тщательно прорабатывать все связанные с ней вопросы до последней мелочи, а также опираясь на последующее развитие событий, можно с высокой долей уверенности утверждать, что этот допрос Г.Г. Карпова имел целью не получение вождём дополнительных сведений о Русской Православной Церкви, а носил характер собеседования, проверки степени погружённости полковника госбезопасности в вопрос и компетентности в нём.

[10] Шкаровский М.В. Крест и свастика: Нацистская Германия и Православная Церковь. - М.: "Вече", 2007. - с. 399, 407, 453, 458.

[11] Фирсов С.Л. "Власть и огонь". Церковь и советское государство: 1918 - начало 1940-х гг. - М.: Православный Свято-Тихоновский гуманитарный университет, 2014. - с. 203.

[12] Черчилль У. Вторая Мировая война. В 3-х кн. Кн. 2. Т. III - IV. - М.: "Воениздат", 1991. - с. 620.

С О Д Е Р Ж А Н И Е   С Е Р И А Л А:

1.1. Рубикон: Волк надевает овечью шкуру
1.2. Рубикон: "In God We Trust" (с)
1.3. Рубикон: Мелочи жизни
Tags: XX столетие, Вторая Мировая война, СССР, идеология, история, клерикализм, церковь
Subscribe

  • КВАРТИРНЫЙ ВОПРОС

    Квартирный вопрос всегда был ахиллесовой пятой большевиков. Впрочем, равно как и тысячи других вопросов, связанных со снабжением советских…

  • ЗАЧЕМ ЖЕ ДОБРУ ПРОПАДАТЬ?..

    О том, как они людей расстреливали, мы знаем. О том, как в свидетельствах о смерти заморенных ими голодом в концентрационных лагерях людей они…

  • О ПРИНЦИПИАЛЬНОСТИ

    Письмо канцлера и министра иностранных дел Российской империи графа Александра Романовича Воронцова русскому послу в Париже графу Аркадию Ивановичу…

promo grid_ua january 8, 2019 09:00 3
Buy for 10 tokens
Говорят, в новый год нужно входить с чем-то новым – тёплым, добрым, позитивным. Посему 2019-ый год в этом журнале я начну публикацией своего очерка, о котором уже неоднократно упоминал, – «Город и его имена». Тем более, что вряд ли читатели этого блога en mass e…
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 11 comments

  • КВАРТИРНЫЙ ВОПРОС

    Квартирный вопрос всегда был ахиллесовой пятой большевиков. Впрочем, равно как и тысячи других вопросов, связанных со снабжением советских…

  • ЗАЧЕМ ЖЕ ДОБРУ ПРОПАДАТЬ?..

    О том, как они людей расстреливали, мы знаем. О том, как в свидетельствах о смерти заморенных ими голодом в концентрационных лагерях людей они…

  • О ПРИНЦИПИАЛЬНОСТИ

    Письмо канцлера и министра иностранных дел Российской империи графа Александра Романовича Воронцова русскому послу в Париже графу Аркадию Ивановичу…