Пан Гридь (grid_ua) wrote,
Пан Гридь
grid_ua

Categories:

XCIV. На пути к империи: Поучение

Друзья мои! У меня для вас добрая весть: ежели всё пойдёт по плану, и отключения электричества у нас не войдут в систему, а всё говорит о том, что таки индейцы майя на пару лет ошиблись в своём календаре с концом света, и оный наступает в Крыму уже сейчас в обличье каменного века локального масштаба... да, так вот... если в ближайшие дни ничего экстраординарного не приключится, то в воскресенье я таки избавлю вас от мучений и выложу последнюю главу моего opus magnum.

Ну а пока же соберитесь с духом, сожмите волю в кулак, и я продолжу...

Г л а в а   V .   П О У Ч Е Н И Е

Дети мои или иной кто, слушая эту грамотку, не посмейтесь,
но кому из детей моих она будет люба, пусть примет её
в сердце своё и не станет лениться, а будет трудиться.


Поучение Владимира Мономаха

[июнь 1116 г., Лондон, Тауэрский замок]

Вечерело. Кроваво-красный шар солнца садился за горизонт, окрашивая багрянцем всё окрест и предвещая ветреный день. Но графа Херефорда, стоявшего перед окном башни, мало интересовали красоты природы, и ничуть не беспокоил завтрашний ветер. Его терзали мрачные думы. Ещё бы! Не далее как вчера Его Величество король Вильгельм Великий после тяжёлой болезни закончил свой земной путь. "Боже, как некстати!" - мелькнуло в голове коннетабля Англии. Хотя Старуха всегда приходила некстати, в этот раз она действительно поставила королевство в тяжёлое положение. Кругом враги, настоящие шакалы, которые только и ждут, когда Англия споткнётся, чтобы вонзить в её сочную плоть свои клыки.

Внезапно за спиной сэра Роджера послышались энергичные шаги, сопровождаемые звоном шпор. "Гарри!" - на лице коннетабля промелькнула улыбка. Да... Мальчик возмужал, стал настоящим мужчиной. Месяц назад его произвели в рыцарское достоинство, и теперь он с гордостью щеголяет в шпорах. "Совсем как я тридцать лет назад", - подумал граф и повернулся к входу в просторный зал.

Через несколько мгновений в обширное и уже погрузившееся в предвечерний мрак помещение и вправду вошёл, слегка пригибаясь, высокий широкоплечий юноша с румяным лицом и, сделав несколько шагов, обратился к коннетаблю:

- Отец, я готов. С рассветом я отбуду на континент.

- Мальчик мой, тебе придётся повременить с отъездом в Заморскую армию. Обстоятельства изменились, - ответил сэр Роджер и залюбовался красотой сына. "Кровь с молоком! Весь в мать!!"

Граф Херефорд, старый солдат, не мог похвастать ни белоснежной кожей, ни румянцем на щеках. Годы, проведённые в походах, наложили свой отпечаток: солнце превратило его от природы бледную кожу в медь, а клинок безымянного валлийского воина подарил шрам через всё лицо - от правого уха до левой скулы. Но, признаться, коннетабль не шибко печалился такому обороту: он всегда считал, что мужчина без шрамов сродни корове без вымени. Тем не менее, старый воин гордился красотой своего сына, унаследованной им от красавицы-матери...

Заложив руки за спину, граф начал прохаживаться по залу. Это было знаком юному Гарри, что отец готов ответить на вопрос, терзающий его:

- В чём же причина отмены поездки, отец?

- Не отмены, а задержки, – поправил сэр Роджер и, помолчав, продолжил. - Прежде чем ты отбудешь в армию сэра Эдгара, я должен переговорить с принцем Уэльским... тьфу, с нашим королём, - поправился вельможа, - который прибудет в Лондон на погребальную церемонию со дня на день. После этого я дам тебе несколько поручений для графа Честера, и ты отбудешь в Аквитанию. Я знаю, Гарри, ты долго ждал этой путешествия, но, полагаю, неделя-другая ожидания не остудят твой пыл, а наоборот пойдут тебе на пользу.

- Как скажете, отец. Мне остаётся лишь надеяться на то, что за время, которое я буду находиться при Вас, в Гиень опять не вторгнуться португальцы...

- ... и сэр Эдгар не управится с ними до твоего приезда, мой мальчик? - со смехом в голосе закончил граф.

- Отец... - начал было с укоризной в голосе юноша, но коннетабль прервал его уже серьёзным голосом:

- Гарри, мальчик мой, шутки в сторону! Ты стал мужчиной. Не сегодня - завтра тебе придётся убивать других. Но прежде ты должен научиться пользоваться своим главным оружием, - и, сделав жест, предупреждающий возражения, готовые сорваться с уст сына, старый граф продолжил. - Да, ты великолепно сидишь в седле, владеешь копьём, мечом и секирой. Кому, как ни мне, это лучше знать? В конце-то концов, ведь именно я научил тебя всем этим военным премудростям! Но твоё главное оружие - не копьё, не меч или секира и даже не конь, а это, - и сэр Роджер слегка дотронулся своим указательным пальцем лба молодого человека.

- Я не понимаю, отец. Вы научили меня всему, что знаете сами, и видит Бог, я стал умелым воином. Мне давно пора встать в ряды рыцарей графа Честера и своим мечом способствовать расширению границ нашего королевства. Но пока я сижу у Вас под боком...

- Расширение границ? О каком расширении ты толкуешь, сын мой? Англия вступает в тяжёлые времена. Теперь нам, верным вассалам короля Генриха, нужно думать не о том, как бы захватить какое-нибудь графство во славу короны, а как бы удержать завоёванное нашими отцами и дедами, как не дать распасться Нормандской державе.

Тауэр

Тауэр

С этими словами граф Херефорд подошёл к длинному дубовому столу, стоящему посреди зала, жестом приглашая сына присоединиться к нему. Вытащив из кипы пергаментов, закрывавших добрую половину стола, большой свиток, перевязанный бечёвкой, сэр Роджер развернул его и положил на стол. Окинув взором пергамент, он повернулся к выходу и голосом, напоминавшим рык льва, крикнул:

- Гастон! Огня!!

Послышались быстрые приближающиеся шаги. В помещение вошёл старик, неся в руке зажжённую толстую восковую свечу, и примостил её на столе, не особо заботясь, что расплавленный воск закапает свиток. После этого он, отвесив поклон в сторону господ, удалился.

Отец и сын склонились над пергаментом. В сгущавшихся сумерках дрожащий свет свечи выхватил изображение владений английской короны, фигуры людей, животных, разноцветные символы и подписи под ними.

- Пойми, Гарри, подвиг правителя заключается не столько в завоевании империи, как это сделал Александр Великий, победив восточных варваров. Истинный подвиг правителя - в защите завоёванного! И именно сейчас, по смерти короля Вильгельма, да упокоит Господь его душу, - при этих словах старый граф и его сын осенили себя крестным знамением, - нам всем предстоит этим заняться!

Гарри недоумённо посмотрел на отца:

- Но кто нам грозит? Не далее как минувшей осенью усилиями сэра Роберта Нормандского был заключён мир с Данией, столь бесчестно напавшей на нас и получившей за это по заслугам. К тому же датчане показали себя плохими воинами: нынешний король разбил их армию в пух и прах!

- Сын мой, никогда не впадай в грех гордыни! Всегда знай и уважай своих врагов!! Да, датчане сегодня слабы и, пожалуй, никогда не станут вновь столь сильны, как прежде. Но они помнят время, когда король Кнуд Великий владел Данелагом. И именно эта память об их былом величии не даст им покоя, и тебе, и твоим сыновьям ещё не раз придётся схлестнуться с ними в смертельной схватке.

- Ну, хорошо. Но ведь другой наш враг - Португалия, хотя и противится заключению мира, разбита. Армия её практически не существует, а владения португальской короны столь же малы, сколь и смешны! - не унимался юный рыцарь.

Граф Херефорд вытащил из-за пояса кинжал, больше напоминавший маленький меч, и, ткнув им куда-то в нижний левый угол пергамента, ответил:

- Португальцы не сдавались тогда, когда бились с нами в одиночку, уступая численно нашему войску. Не отступят они и теперь, когда их правитель стал ленником кастильского короля. А кастильцы - это тёмная лошадка. Вот уже несколько лет их флот маячит у берегов Ирландии и Бретани. Ой, не к добру это... - при этих словах взор графа затуманился, и он погрузился в тяжёлые раздумья, из которых его вывел очередной вопрос настырного отпрыска:

- Отец! Но ведь у нас есть Нормандская и Заморская армии, во главе которых стоят два победоносных полководца - сэр Эдгар Хоббс и мессир Барнаби! С их опытом и талантами нам не страшны никакие враги!!!

- Эх, Гарри! Какой же ты всё-таки ещё ребёнок. Мессир Барнаби, которому ты поёшь дифирамбы, - всего лишь заносчивый мальчишка. При штурме Бордо он положил едва ли не четверть армии, хотя ему противостояла кучка воинов. Да и Нормандской армии как таковой уже не существует: её растащили по гарнизонам в аквитанские замки.

- Надеюсь, отец, Вы не будете утверждать, что граф Честер - заносчивый мальчишка, а Заморской армии больше нет? - с ехидцей в голосе спросил Гарри.

Сэр Роджер расхохотался и, потрепав сына по волосам, ответил:

- Нет, на юнца, у которого ещё молоко на губах не обсохло, сэр Эдгар не похож. Но, по правде сказать, слава его дутая. Да, он прославился многими победами: захватил земли польских язычников по ту сторону Балтийского моря, разбил португальцев... Ты молод и веришь в эти россказни. Я же стар, многое повидал на своём веку и знаю, что говорю. Граф Честер, хотя и захватил земли огнепоклонников, не разбил их в полевом сражении. Поляки сдались на милость победителя, исчерпав запасы продовольствия в своих селениях. А португальцы бросили на помощь запертому в Бордоском замке королю Аффонсу всех, кого только сумели собрать. Невелика победа разбить войско холопов! Впрочем, не в отсутствии полководцев таится главная опасность для Англии.

- А в чём же, отец? - спросил заинтригованный юноша.

- В наших друзьях, Гарри.

- Вы говорите о Шотландии и Франции?

- О них, что б им пусто было, о них! - с горечью в голосе воскликнул старый граф.

На лице молодого человека появилось выражение столь явного недоумения, что коннетабль поспешил дать сыну разъяснения:

- Мальчик мой, запомни на всю жизнь: самый страшный твой враг - не тот, кто грозит тебе оружием и обещает убить при первой же удобной возможности, а тот, кто льёт тебе мёд в уши, а сам точит кинжал. Так и наши союзнички. Тьфу, не к ночи будет сказано…

- Но зачем им война с нами, отец?

- Шотландцы видят, что, завоевав Уэльс и Ирландию, мы не остановимся. Они понимают, что либо мы их покорим, либо они нас. Третьего не дано. Они боятся, а страх иногда придаёт силы. А французы... Проклятые лягушатники! Их король, этот жирный боров, прекрасно знает, что до тех пор, пока мы владеем Нормандией, Гиенью и Бретанью, ему не видать сильной Франции, как своих собственных ушей! Потому-то он рано или поздно, но разорвёт союз с нами и нападёт. А раненый вепрь может быть смертельно опасным для охотника!

Посмотрев на своего умолкшего и внезапно посерьёзневшего сына, коннетабль добавил:

- А теперь оставь меня, Гарри. Мне нужно подумать.

И с этими словами сэр Роджер погрузился в глубокие раздумья, уставившись невидящим взглядом в пергаментный лист и не обращая внимания на мотыльков, кружащих над пламенем свечи.
Tags: разное, черновики
Subscribe

  • ТРУСЫ И КРЕСТИК (2)

    Продолжение. Предыдущая часть тут. Ну, а мы с вами продолжаем читать новейший (хотя как – новейший; скорее – слегка покоцаный…

  • ТРУСЫ И КРЕСТИК (1)

    М-да уж… Люблю, знаете ли, иногда, так сказать для душевного отдохновения, полистать какой-нибудь пропагандистский талмуд, изданный к…

  • «ЭТО КАК ЖЕ, ВАШУ МАТЬ, ИЗВИНЯЮСЬ, ПОНИМАТЬ?!»

    Во второй половине XII века жил-был в Дании король Кну д VI. В 1177-ом году волей кайзера Священной Римской империи Фридриха I Барбароссы ему…

promo grid_ua january 8, 2019 09:00 3
Buy for 10 tokens
Говорят, в новый год нужно входить с чем-то новым – тёплым, добрым, позитивным. Посему 2019-ый год в этом журнале я начну публикацией своего очерка, о котором уже неоднократно упоминал, – «Город и его имена». Тем более, что вряд ли читатели этого блога en mass e…
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments