Пан Гридь (grid_ua) wrote,
Пан Гридь
grid_ua

Categories:

«НА ЖИВЦА» (3)

На живца (продолжение).

Предыдущая часть тут.



3.

– Сусликов, твою мать! – Полковник был в ярости. Он встал из своего видавшего виды кресла и, опершись двумя кулаками о письменный стол, заваленный бумагами, и выставив по направлению к собеседнику бордовую лысину, напоминал быка, бьющего копытом о землю и вот-вот готового атаковать тореадора. – Ты что за спектакль в доме господина Синюхина устроил? Что это, я тебя спрашиваю, за «Секретные материалы»? В детстве в казаки-разбойники не наигрался?

От громоподобного крика Ивана Степановича стены здания Управления МВД по городу Таёжску дрожали так, будто волк из сказки «Три поросёнка», наконец, добрался до соломенной хижины Ниф-Нифа и принялся её ломать. Подчинённые знали: если из начальственного кабинета доносятся раскаты грома, значит, в целях личной безопасности всем сотрудникам срочно следует отправляться на выезд; если никаких дел за пределами конторы нет, значит, их нужно выдумать. Ибо хуже того, чтобы попасть под горячую руку шефа таёжской полиции, было оказаться у него в кабинете на проработке. В этот раз жертвами, попавшими в пыточную Ивана Степановича, были Малдер и Скалли, как за глаза называли полицейские сладкую парочку конторы – лейтенанта Нечипоренко и младшего лейтенанта Сусликова.

Сусликов представлял собой жалкое зрелище. От природы белокожий, он под градом проклятий, извергаемых из начальственного нутра, позеленел. Солнцезащитные очки, в коих он щеголял на выезде, удалось незаметно спрятать во внутренний карман плаща до начала экзекуции. Но сам плащ, увы, остался на младшем лейтенанте, а большую, не по размеру, фетровую шляпу он обеими руками прижал к груди. Выходило очень комично, и Ивану Степановичу пришлось совершить над собой невероятное усилие, чтобы не рассмеяться и продолжить воспитательную работу над этим олухом. Клавдия Нечипоренко стояла тут же, понурив голову. Рассудок подсказывал девушке, что, если нельзя смирить гнев полковника, остаётся лишь одно – изобразить на физиономии полное раскаяние и ждать милости. Но совесть её не дремала, заставляя вступиться за напарника и принять всю тяжесть удара на себя:

– Товарищ полковник, это моя вина.

– Молчать! – Рявкнул в её сторону Иван Степанович и вновь повернулся к находившемуся на грани потери сознания Сусликову в поисках эффектного завершения своего яркого артистического выступления. – Забудь о карьере сыскаря! Ты у меня до пенсии теперь регулировщиком работать будешь!

Наконец, полковник выдохся. Он плеснул из стоявшего на широком подоконнике графина воды в стакан и в мгновение осушил его. Потом уселся обратно в кресло и, посмотрев исподлобья на жертву, произнёс спокойным голосом:

– Пошёл вон с глаз моих! А вы, лейтенант Нечипоренко, останьтесь.

Сусликов не заставил себя просить дважды: бросив на Клавдию сочувственный взгляд, он тут же ретировался из начальственного кабинета. Едва младший лейтенант с долженствующим почтением притворил за собой дверь, как Иван Степанович встал и продолжил официальным тоном:

– Лейтенант Нечипоренко, выражаю вам благодарность за образцовое выполнение ответственного задания с занесением, приказом по управлению, в личное дело!

Клавдия на полном автомате встала во фрунт и, отдав честь, выговорила непослушным языком:

– Но Иван Степанович…

– Это ещё что за нововведения в уставе? – Усы полковника заняли угрожающее положение.

– Виновата, товарищ полковник, – вмиг сориентировалась Нечипоренко. – Служу народу России!

– Вот, – удовлетворённо произнёс шеф и добавил отеческим тоном. – Садись, Клава.

– Но, Иван Степанович, – не унималась девушка, – это как же получается…

– Садись, – с нажимом произнёс полковник.

Нечипоренко, наконец, уселась на стул. Шеф полиции неспеша подошёл к окну и растворил фрамугу. Закурив, он глубоко затянулся и лишь после этого повернулся к подчинённой:

– О Суслике не беспокойся. Это я… так… в целях профилактики: он мне со своими фантазиями вот тут уже сидит, – полковник наклонил по направлению к Клавдии голову и похлопал себя ладонью по загривку. – И ты, кстати, тоже. Имей в виду! Поэтому не удержался.

Иван Степанович присел на подоконник и, сделав ещё одну глубокую затяжку, выдохнул табачный дым в открытое окно. Затем продолжил:

– По делу – молодцы: отработали добротно. В общем, оформляй бумажки и – в архив! Если так пойдёт и дальше, скоро следующую звёздочку получишь.

– Но, товарищ полковник, – не понимающе протянула лейтенант, – мы же вора так и не нашли…

– Ну, вот, – горько усмехнулся Иван Степанович, – опять «затоварищполковникала». Клава, дурья твоя башка, вы главное с твоим Малдером сделали: заткнули рот Синюхину, понимаешь? Ты себе не представляешь, как он верещал в трубку! По-бабьи так верещал! Ух! И ведь комар носа не подточит: отреагировали на вызов моментально, расследование начали оперативно. Ну а то, что у его особняка полдня толклись, так ведь расследуем дело по месту совершения преступления, а его, это самое место, не мы выбирали…

Взгляд полковника снова скользнул по хмурому лицу Нечипоренко, и он решил её успокоить:

– А вор… хм… вот, скажи мне на милость, Клава, где ты его найдёшь? Это же как иголку искать в стоге сена!

Та будто бы только и ждала этого вопроса. Вскочив со стула и энергично, от избытка эмоций, размахивая руками, она принялась излагать суть дела:

– Иван Степанович, так ведь у нас с Сусликом уже есть намётки. Мы практически вышли на след преступника.

– Так уж и вышли? – Съязвил полковник, но, не желая обижать девушку, махнул рукой. – Ну, выкладывай, сыщик, чего вы там с Малдером доморощенным накопали.

Клавдия, поняв, что её теперь, как минимум, выслушают, успокоилась, села обратно на стул и неспешно начала делиться с шефом своими наработками:

– Во-первых, мы опросили всех жильцов дома гражданина Синюхина, а также его охрану и обслугу: никто из них ранее на этот люк внимания не обращал и не слышал на дороге никакого шума в предыдущую ночь…

– Погоди, – прервал её полковник, взявший на себя роль адвоката дьявола, – если никто из домочадцев знать не знал о люке, то почему ты решила, что ему приделали ноги в минувшую ночь?

– Ха, – самодовольно выпалила лейтенант, похожая в этот момент на шулера, незаметно вытащившего из рукава козырный туз, – так ведь тут всё дело в том, что канализационный колодец расположен в небольшой низине, а вчера вечером, если помните, шёл сильный дождь.

– Ну да, – кивнул Иван Степанович, промурлыкав в полголоса, – «там, где-то далеко идут грибные дожди»…

Не обращая внимания на благостное настроение шефа, Нечипоренко продолжила с таким видом, будто бы вбивала тяжёлым молотком гвозди в крышку гроба всех тех коллег, которые не воспринимали её всерьёз:

– Судя по расположению колодца, дождевая вода стекается к нему, и лужа стоит там до тех пор, пока не высохнет на солнце. Летом это занимает день-два, а сейчас, осенью, если не пойдёт новый дождь, то всю неделю. Если бы люк украли раньше, до дождя, то вся вода ушла бы в колодец, и следов не осталось бы. Но когда мы приехали на место преступления, то работать пришлось по уши в грязи: очевидно, что во время дождя люк был на своём месте и создал своего рода запруду. Ночью же его выкрали, вода ушла в колодец, но земля не успела просохнуть.

– Хм! – одобрительно отозвался с подоконника полковник. – Молодец! Продолжай.

Лицо девушки залилось румянцем удовольствия. Крякнув, пытаясь скрыть улыбку, она продолжила:

– Так вот, никто из опрошенных ничего такого той ночью не видел и не слышал. Это раз. Далее, я съездила в пункт по приёму металлолома: его владелец сообщил, что уже почти три месяца нет поступлений лома. Люди несут всякую мелочь, а крупного ничего нет, поэтому он отказывает людям в приёме металла и, вообще, планирует перепрофилировать свой бизнес…

– Как же, – снова влез в рассказ Нечипоренко хозяин кабинета, – признается он тебе, что скупает краденное! Держи карман шире!

– Товарищ полковник, – Клавдия, видимо, ждала этой реплики, поэтому достала очередной козырь, – вы помните гражданку Селезнёву?

– Погоди, это которую? – Не понимая, куда клонит его подчинённая, спросил Иван Степанович.

– «Русскую пианистку».

– Тьфу! – Плюнул куда-то в сторону полицейский. – Ещё бы не помнить! Эта старая калоша мне весь мозг съела. Подумать только: как при Сталине начала стучать на всех и вся, так доныне остановиться не может. Это сколько получается? Пятьдесят? Нет, шестьдесят лет! Даже семьдесят! Да люди столько не живут, а эта карга всё стучит и стучит!

Видя, что наступила на любимую мозоль полковника, лейтенант со вздохом прервала его:

– Я подняла архив за последние три месяца. Всё это время гражданка Селезнёва забрасывала нас жалобами…

– Кто бы сомневался! – С издёвкой в голосе пробурчал закуривавший новую сигарету Иван Степанович.

– … включая семь жалоб на владельца пункта по приёму металлолома, – пропустив реплику шефа мимо ушей, закончила свою мысль Клава.

– Боже мой! – Закашлялся от неожиданности табачным дымом полковник. – Этот-то бедолага, чем ей насолил?

– Во всех семи жалобах речь идёт об отказе принимать старую чугунную сковороду гражданки Селезнёвой, – победно сверкнув зелёными глазищами, ответила девушка. – Коммерсант, по её словам, мотивировал своё решение приостановкой деятельности пункта из-за отсутствия поступления лома в товарных количествах.

– Выходит, – резюмировал шеф полиции города, – он не врал. Хм, ловко это ты. Ай да Клава… Ну-ну, продолжай.

Лейтенант поднялась со стула и принялась мерить крошечный кабинет шагами, рассказывая о ходе следствия своему начальнику:

– По моей просьбе, всю вторую половину сегодняшнего дня младший лейтенант Сусликов обходил город, и ему удалось выяснить, что украденный минувшей ночью люк, был предпоследним в Таёжске. На данный момент остался один-единственный канализационный люк, и это – люк, накрывающий колодец, расположенный у нашего управления!

– Ну, что же, молодец! – Полковник подошёл к Нечипоренко и обнял её своими лапищами за плечи. – И, кстати, Суслик твой… того… тоже молодец. Надо будет его как-нибудь похвалить, что ли.

– Товарищ полковник, – радостно ответила Клавдия, – надо его брать!

– Кого? Суслика? – Удивился полицейский. – Куда?

– Да не его, – поморщилась девушка. – Преступника надо брать! Мы полагаем, что он сегодня ночью попытается выкрасть последний в городе люк.

– А нахрена он ему вообще нужен? – Поинтересовался шеф.

Лейтенант замялась:

– Понимаете, Иван Степанович, у Суслика есть версия. Ну, как – версия: предположение. Только вы не смейтесь.

– Да что ты там мямлишь, – сердито пробурчал полковник. – Ты же полицейский, Клава. Лейтенант, сыщик, сыскарь, понимаешь? Давай-ка, без этих вот хождений вокруг да около. Говори прямо: где, чего и как?

– Ну, ладно. Прости меня Суслик, – сказала девушка про себя, а вслух добавила. – Младший лейтенант Сусликов, проанализировал топографию краж, технические сложности, которые должны были возникнуть у вора в процессе похищения люков, а также отсутствие каких-либо видимых улик на месте преступления, а именно: следов протекторов шин автомобилей, свидетелей краж, шумов и так далее, и пришёл к выводу, что люки были украдены… хм… инопланетянами, – выпалила Клава на одном дыхании.

– Стало быть, инопланетянами, – недоверчиво переспросил Иван Степанович и полез за новой сигаретой.

– Угу, ими, – утвердительно кивнула лейтенант. – Младший лейтенант полагает, что у них там дефицит с чугуном наметился. Вот они его за наш счёт и устраняют.

– А скажи-ка мне, Клава, – глубоко затянувшись, наконец, вымолвил спокойным голосом полковник. – А у нашего Суслика никого в детстве не крали?

– Не поняла, Иван Степанович, – не меньше содержания вопроса девушку удивил тон, каким он был задан. Удивил и даже насторожил. Как тишина в преддверии бури.

– А чего тут понимать, – всё так же спокойно продолжил шеф, потягивая сигарету. – Если мне память не изменяет, то у киношного Малдера зелёные человечки похитили сестру. Вот крыша у него и поехала. Тут как бы всё понятно. Но у нашего-то Суслика чего она поползла? У него лунатики тоже сестру украли? Или любимого котёнка?

С последними словами полковник всё больше и больше распалялся, лицо его покрывалось пунцовыми пятнами. Нечипоренко стало страшно и за напарника, и за шефа: того и гляди, как бы его Кондратий не хватил!

– Товарищ полковник, – заканючила девушка, понимая, что нужно спасать их обоих. – Это ведь только версия.

– Клава! – Рявкнул Иван Степанович. – Ну, ладно этот оболтус, но ты-то должна отличать версию от горячечного бреда! В общем так: дело – в архив, тебе – благодарность, Суслику… ай, ладно, чего уж там… Суслику амнистия. Но если ещё раз я услышу от него о зелёных человечках!

– Товарищ полковник! – Возмутилась лейтенант. – Ну, какой архив! Мы же сегодня ночью можем взять вора!

– Какого, Клава? Зелёного и с антенной на голове?

– Ну, зачем сразу так, Иван Степанович! Может, обычный хомо сапиенс.

– Спасибо и на этом, – деланно поклонился девушке полицейский.

– Зато, товарищ полковник, – пошла ва-банк Нечипоренко, – если мы сегодня возьмём его, то вы утрёте нос гражданину Синюхину: вот тогда он точно к вам не подкопается!

Шеф полиции Таёжска посмотрел внимательно на свою подчинённую, покачал головой и хмыкнул:

– Вот же ж рыжая бестия! Скажи, ты ведь этот козырь с самого начала припасла? Ведь так, верно? Ладно! Хуже уже не будет, а там, глядишь, Бог не выдаст, свинья не съест – будет нам одно очко в турнирной таблице. Или очередной «висяк». Добро, готовь засаду.
Tags: На живца, публикации, рассказы
Subscribe

  • ТРУСЫ И КРЕСТИК (2)

    Продолжение. Предыдущая часть тут. Ну, а мы с вами продолжаем читать новейший (хотя как – новейший; скорее – слегка покоцаный…

  • ТРУСЫ И КРЕСТИК (1)

    М-да уж… Люблю, знаете ли, иногда, так сказать для душевного отдохновения, полистать какой-нибудь пропагандистский талмуд, изданный к…

  • «ЭТО КАК ЖЕ, ВАШУ МАТЬ, ИЗВИНЯЮСЬ, ПОНИМАТЬ?!»

    Во второй половине XII века жил-был в Дании король Кну д VI. В 1177-ом году волей кайзера Священной Римской империи Фридриха I Барбароссы ему…

promo grid_ua january 8, 2019 09:00 3
Buy for 10 tokens
Говорят, в новый год нужно входить с чем-то новым – тёплым, добрым, позитивным. Посему 2019-ый год в этом журнале я начну публикацией своего очерка, о котором уже неоднократно упоминал, – «Город и его имена». Тем более, что вряд ли читатели этого блога en mass e…
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments