Пан Гридь (grid_ua) wrote,
Пан Гридь
grid_ua

Categories:

«НА ЖИВЦА» (2)

На живца (продолжение).

Предыдущая часть тут.



2.

Недалеко от дорожного знака с перечёркнутым словом «Таёжск», предупреждающего водителей о том, что они покидают границы славного карельского городка, затерявшегося посреди дремучих, первозданного вида, лесов, дорога делала крутой поворот, оставляя по правую сторону от себя огромный участок земли, очерченный высоким кирпичным забором. Посреди участка, утопая в зелени вековых дубов, возвышался трёхэтажный особняк. Несмотря на живописную местность и прекрасно заасфальтированную магистраль, местные водители предпочитали другой маршрут для выезда из города: охрана этого поместья старательно отгоняла проезжающих так, как, наверное, двести лет назад дворовые холопы отгоняли крестьян, скрип ползущих по просёлку телег которых, не давал спать барину. Из окрестных лесов в это время доносился птичий гомон и крики прочей живности, что настраивало владельцев поместья на благостный лад.

Но в этот день всё было иначе. Ближе к полудню из-за поворота с включёнными мигалкой и сиреной выскочила полицейская машина, которая остановилась в полусотне метров от ворот усадьбы. Остановилась лихо, как это обычно делают американские копы в голливудских фильмах, перегородив дорогу. Оттуда вышли двое: рыжеволосая девушка лет двадцати пяти в полицейской форме и молодой парень в чёрном плаще с поднятым воротником, в тёмной фетровой шляпе и чёрных солнцезащитных очках. Осторожно ступая по влажной земле, чтобы не испачкаться, они подошли к отверстию канализационного колодца, которое не было прикрыто люком, и заглянули внутрь. Субъект в шляпе плюнул в колодец и, приподняв очки, внимательно проследил за траекторией плевка.

– Слушай, Суслик, – поинтересовалась у него барышня в погонах, – а чего это ты вырядился, как Бельмондо?

– Ну, во-первых, не Бельмондо, – всё так же, с умным видом, вглядываясь в чернеющий провал колодца, ответил парень в плаще, – а Фокс Малдер. Ты же понимаешь, Клава, что мы с тобой – напарники, как Малдер и Скалли…

– О, Господи! – Подняв взгляд к небесам, воскликнула Нечипоренко. – Опять? Суслик, ты, что, в казаки-разбойники в детстве не наигрался?

– А это чего такое? – Младший лейтенант, наконец, оторвался от созерцания канализационного отверстия и заинтригованно посмотрел на свою напарницу.

– Квест такой эпохи исторического материализма. Впрочем, забудь, – махнула рукой девушка-полицейский. – А что там с во-вторых?

Сусликов самодовольно ухмыльнулся и, опустив на глаза солнцезащитные очки, ответил:

– Товарищ лейтенант, вы же – сыщик и должны понимать, что успех нашей деятельности лежит в умении слиться с толпой…

– Суслик, – недоумённо перебила его пафосный спич Нечипоренко, – с кем ты тут собрался сливаться? Лес кругом. Не знаю, как ты, а я здесь ни души не вижу. Тем более, людей, одетых в осенний плащ и фетровую шляпу! Тут тебе не Вашингтон… Малдер хренов!

Пока они обсуждали последний писк моды в его связи с наполнением профессионального гардероба, со стороны поместья послышалось жужжание электромотора. Ворота открылись ровно настолько, чтобы туда мог пройти крупный человек, и в проёме показалась фигура мужчины, напоминавшая собой небольшой платяной шкаф с антресолью. Коротко остриженный, он был одет в чёрный, похоронный костюм, глаза его закрывали солнцезащитные очки, а правая рука сжимала рацию. «Шкафчик с антресолью» энергичным шагом направился к полицейской машине, чья сирена продолжала перекрывать своими истошными воплями голос леса.

– Вот! – Кивком подбородка указал на приближающегося крепыша Сусликов. – А ты говоришь, не Вашингтон. Да тут, судя по всему, Уолл-стрит с Бродвеем в одном флаконе!

– Суслик, Суслик, – покачала головой Нечипоренко. – Такому поклоннику Голливуда, как ты, пора бы уже знать, что Уолл-стрит и Бродвей – это нью-йоркские улицы.

– Да какая разница, – махнул рукой напарник. – Главное, что там в костюмах ходят.

Охранник, который тем временем приблизился к полицейским метров на десять, зычным голосом, в котором не было ни единой просительной нотки, проговорил:

– Выключите сирену!

– Это ещё зачем? – Вступила в разговор лейтенант.

– Вы мешаете отдыхать Александру Николаевичу, поэтому…

– Молодой человек, – обрубила на полуслове пятидесятилетнего крепыша Клава, – вы мешаете оперативно-розыскным мероприятиям. Не видите: работает таёжская полиция? – И повернувшись к напарнику, добавила официальным тоном. – Младший лейтенант Сусликов, обеспечьте ограждение для места преступления. И ещё: посторонних и прессу не пускать!

– Есть! – Бодро отрапортовал Суслик и бросился к багажнику «десятки», в котором у него хранилась новенькая бухта с сигнально-оградительной лентой.

– Вы, чего, белены объелись? – Подал голос пришедший в себя от небывалой наглости «ментов» охранник. – Не видите, чей это дом?

– Почему – не видим? – Не глядя на него, ответила Нечипоренко, что-то старательно измерявшая своими шагами и записывавшая результаты замеров в блокнот. – Видим. Мы всё видим, гражданин… Э-э-э… Как ваше имя?

– Михалёв, – состояние охранника стремительно приближалось к шоковому: за всё время его работы у Синюхина – а тому уже было лет двадцать как – полицейские ни разу не позволяли себе так вести себя не то, что с Самим, но даже с его охраной. Встречая ребят из службы безопасности шефа, «менты» едва не раскланивались с охраной бизнесмена. А тут такое!

– Так вот, гражданин Михалёв, – всё так же флегматично и с чувством собственного достоинства гнула свою линию Клавдия, – не мешайте нам проводить расследование преступления. И, кстати, отойдите за линию – не топчите улики.

Охранник попятился за умозрительную черту, проведённую для него девушкой, но затем остановился и поинтересовался тоном, уже близким к обычному:

– Какое преступление? Какие улики? Да что случилось-то?

– Похитили люк вот к этому канализационному колодцу.

– Да кому он нужен! – С шумом выдохнул Михалёв, к тому времени уже невесть что нафантазировавший себе. – Я, было, подумал, убили кого или ещё чего, а тут какой-то люк. Тьфу на него!

При этих словах Нечипоренко прервала своё увлекательное занятие и, повернувшись в пол-оборота к напарнику, произнесла:

– Младший лейтенант Сусликов, вы закончили с ограждением места преступления?

– Так точно… – чуть было не ляпнул «мэм», насмотревшийся американских боевиков Суслик, но быстро нашёлся: – … товарищ лейтенант.

Клавдия удовлетворённо кивнула головой:

– Отлично! Тогда отправляйтесь в усадьбу и снимите показания с гражданина Синюхина и всех, кого там найдёте, на предмет произошедшего преступления…

Сусликов, услышав приказ своей строгой начальницы, едва не подпрыгнул от радости, но вовремя сдержался: «Подумай, – сказал он себе, – как в этом случае поступил бы агент Малдер. Нет! Он никогда бы не выказал эмоций. Разве что таинственно улыбнулся и пошёл бы делать свою работу, щёлкая на ходу орешки». И младший лейтенант, буркнув едва различимое «Есть!», зашагал по направлению к всё ещё открытым воротам.

– … А мы тут пока побеседуем с гражданином Михалёвым, – закончила свою мысль каким-то зловещим тоном Нечипоренко.

Она не спеша засунула свой блокнот во внутренний карман кителя и подошла к охраннику. Тот продолжал смотреть на всё происходящее с вытаращенными глазами и отвисшей челюстью. Наконец, списав все чудеса на то, что понедельник – день тяжёлый, Михалёв, с ехидцей в голосе, поинтересовался:

– И о чём мы с вами говорить будем… хм… лейтенант?

– О вашей дальнейшей судьбе, гражданин Михалёв, – Клавдия за словом в карман не лезла.

Охранник открыл, было, рот, чтобы сказать этой дерзкой девчушке какую-нибудь гадость, но, бросив на неё взгляд, буквально прочитал на лбу у лейтенанта: «Гражданин Михалёв! Вы думаете, я ничего не знаю? Да я вас насквозь вижу. Избиение в состоянии алкогольного опьянения гражданки Михалёвой – статья 112-ая Уголовного Кодекса Российской Федерации «Умышленное причинение средней тяжести вреда здоровью»:  ограничение свободы на срок до трёх лет!». Сразу стало как-то не по себе. Он сглотнул подкативший к горлу ком и хриплым голосом спросил полицейского:

– Что вас интересует, товарищ лейтенант? Спрашивайте: чем могу – помогу.
Нечипоренко удивлённо посмотрела на изменившегося в лице охранника и задала ему вопрос в лоб:

– Кто и когда обнаружил пропажу люка?

– Я – кто ж ещё. Можно подумать, тут у нас Клондайк… – начал тот язвительно, но, скользнув глазами по сердитому лицу Клавдии, осёкся. – Извините. Я у Александра Николаевича и охранником, и водителем работаю…

– И швец, и жнец, и на дуде игрец, – не удержалась девушка.

– Чего? – Не понял Михалёв.

– Я говорю, по совместительству трудитесь, – пояснила та.

– А, ну да, – кивнул охранник. – Так вот, сегодня поутру выгнал машину на улицу: надо было шефа отвезти в офис – да сразу задним колесом и поздоровался с люком.

– А вчера, значит, люк был?

– Да почём мне знать-то? Я ведь о нём, почитай, тогда и прознал, когда в колодец колесом угодил. Теперь, вот, машина в сервисе, не пойми, сколько там куковать будет. Шеф жутко расстроился.

– Что так? Он ведь человек, вроде бы, состоятельный, – настала очередь Нечипоренко поехидничать.

– Состоятельный-то он состоятельный, – развёл руками охранник, – да только говорит, что деньги – они счёт любят. Так-то он мужик не жадный: ежели надо, отстёгивает «капусту», не жалея. Да кому понравится, когда на ровном месте, за здорово живёшь, дорогущая машина на прикол становится?

– Угу, – согласно кивнула Клава, – приятного и в самом деле мало. А когда, вы говорите, сегодня выехали?

– Так ведь, – задумчиво промычал Михалёв, силясь вспомнить, – Александр Николаевич – человек пунктуальный. Не любит менять заведённые порядки. Поэтому мы каждое утро в одно и то же время выезжаем – в восемь-сорок пять. Ну, я-то машину чуток ранее выгоняю: двигатель разогреть, да и так – посмотреть, чего да как. Стало быть, в восемь-тридцать и выгнал на улицу её.

– Понятно, – проговорила девушка, записав что-то для памяти в чудесным образом оказавшемся в её руках блокноте. – Вы кого-то подозреваете в хищении?

Михалёв то ли от избытка чувств, что его, наконец-то, оставили в покое с подозрениями, то ли от удивления, что в Таёжске ещё кому-то есть дело до канализационных люков, развёл руками:

– Ну… это… как бы, нет. Может, бомжи какие уволокли? На металлолом?

– Ладно, гражданин Михалёв. Вы нам очень помогли. Спасибо за помощь, – с этими словами лейтенант козырнула обескураженному охраннику и пошла по направлению к служебной машине.
Tags: На живца, публикации, рассказы
Subscribe

  • СТАРЫМИ СЛОВЕСАМИ ДА НА НОВЫЙ ЛАД

    Смотрю я окрест себя на всё то безобразие, что творится сейчас по случаю юбилея сами знаете какого события, и на душе тошно становится. Ни дать, ни…

  • ТРУСЫ И КРЕСТИК (2)

    Продолжение. Предыдущая часть тут. Ну, а мы с вами продолжаем читать новейший (хотя как – новейший; скорее – слегка покоцаный…

  • ТРУСЫ И КРЕСТИК (1)

    М-да уж… Люблю, знаете ли, иногда, так сказать для душевного отдохновения, полистать какой-нибудь пропагандистский талмуд, изданный к…

promo grid_ua january 8, 2019 09:00 3
Buy for 10 tokens
Говорят, в новый год нужно входить с чем-то новым – тёплым, добрым, позитивным. Посему 2019-ый год в этом журнале я начну публикацией своего очерка, о котором уже неоднократно упоминал, – «Город и его имена». Тем более, что вряд ли читатели этого блога en mass e…
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 1 comment